Александр Сергеевич (baro_foro) wrote,
Александр Сергеевич
baro_foro

  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Смута Новейшего Времени 3

 

            Генеральный секретарь плакал, как мальчик, рвал телефон, вызывая с окраины танковую дивизию.

            Самозванец...! кричал он и тёр кулаками глаза. Гад несчастный!

            Дозвонившись к Слепцову, побежал по гулкому коридору, сзывая товарищей по классовой борьбе. Споткнулся, упал на ковёр и втянул голову в плечи, решив, что сзади на него бросился десант мятежников. Но в коридорах никого не было. Бросился по лестнице. Распахнул неприметную дверь кабинета для совещаний. Выпучивая глаза, застыл: на окнах, прицепив ремни к защёлкам фрамуг, висели Начальнили искусства и безопасности.

            Караул! Убивают! закричал Генеральный секретарь, отступая задом и не отрывая глаз от конвульсивно дёргавшихся ног соучастников.

 

                                   *  *  *

 

            Скажи! Слово скажи! выла толпа.

            «Сказать, что случайно здесь - убьют!» вспыхнуло в мозгу Кривокорытова. Медленно, как во сне, поднял он правую руку, простёр её над толпой.

            Товарищи! начал актёр. Да, я воскгес. Может быть, вгагам габочих и кгестьян это покажется вздогом, небылицей. Нет, воскгесение меня отнюдь не опговегает учения Магкса. На том свете я часто мучался тем, что многого не довегшил, не пгедусмотгел. Как вы знаете, электгон неисчерпаем. И атом тоже. Использовать все возможности, собгать все силы, - это задача, котогая по плечу только тому, кто готов отдать все силы пголетагиату. И вот я сгеди вас, догогие товагищи. Сообща мы одолеем все тгудности, всех бюгокгатов!

            Кривокорытов кончил, и в наступившей тишине отчётливо проступила пальба.

            Что это? спросили в толпе.

            Кое-кому теперь не поздоровится! раздался истерический крик. Мы не дадим в обиду нашего Ильича!

            Впегёд, товагищи! обрадованно воскликнул Кривокорытов.

            Толпа хлынула к выходам. Актёр, пятясь, приподнял крышку служебного входа. Торопливо шагнул - мимо ступеньки - и с грохотом провалился в подземелье. Тяжёлая лепёшка чугуна, захлопнувшись, долго гудела над лежащим в беспамятстве самозванцем.

 

                                   *  *  *

 

            Генерал Глухих сразу разгадал манёвр генерала Слепцова, двинувшего танки в столицу. «Ага! Вот тебе и хунта! Врёшь, не проедешь!» подумал он, но позвонил Слепцову.

            Что-то ты поехал. Григорий Борисыч, медовым голосом спросил он.

            Генсек приказал, уклончиво ответил Слепцов.

            А мне вот почему-то не приказал! радостно засмеялся Глухих.

            Значит, не та фигура...

            Да? Ну, будь здоров, Григорий Борисыч.

            Глухих выдвинул фланги и ударил на дивизию Слепцова, охватывая её с северо-востока и юга-запада. Завязался тяжёлый, изматывающий бой.

 

                                   *  *  *

 

            Пекин дайте! Пекин! кричал Генеральный секретарь в белый правительственный телефон.

            Соединяю, безучастно отозвалась телефонистка.

            Аллё! Это кто?

            Сяо-сяо? Фай дунь фо?

            Это я, Москва! Фео жень чин чи!

            Кто говолит?

            Москва, Генеральный секретарь! Дайте председателя Мао!

            Пледседатель занят. Звоните на длугой неделе.

            Нельзя! У меня тут государственный переворот!

            В трубке затихли. Слышны были посторонние разговоры и споры по-китайски.

            У вас пелеволот? отозвались из Пекина.

            Да!

            Плосили пеледать: так вам и надо. И в трубке щёлкнуло.

            Предатели! взвился Генеральный секретарь. Все предали! Всё пропало!

            Он оторвал трубку и топтал телефонный аппарат.

            Бросился вон.

            «К Ульбрихту!» стучало в висках.

 

                                   *  *  *

 

            Ваня Чмотанов, кряхтя и зевая, просыпался рядом с Маней на жаркой перине. Натоплено было ужасно, во рту еле шевелился язык, высушенный самогоном. Он слез с кровати и босой вышел в сени. На лавке стоял заботливо приготовленный ковш с ледяным огуречным рассолом.

            Хорошо! ухнул Ваня, выпил - и схватился за щёку. Чудовищно заныл зуб.

            Встала подруга и готовила самоварчик.

            Мань, оглядывался Ваня, а чемоданчик где мой?

            Чемоданьчик-то? Помню, помню, спрятала... вон на печке-то, под валенками пошарь.

            Забыл сказать, Мань, чтоб наоборот на холод вынесла. Как бы не запахло...

            А что в нём-то?

            Сувенир, Маняша, стомиллиардный.

            Ваня залез на печку, разгрёб кучу подшитых валенок и луковой шелухи. И спрыгнул с чемоданчиком.

            Гляди, Маняш.

            Молния заела. Ваня долго дёргал. Маня смотрела выжидающе. Наконец, она заглянула. И обомлела. В чемодане на вате лежал череп. Ваня смотрел тупо. Маня перекрестилась.

            Так, как... прохрипел Чмотанов. Вот, значит, какой прах бывает...

            В желтоватую корку, окружавшую череп, встыли щетинки. В глазнице лежал некрашенный деревянный глаз. Тоскливо торчал фаянсовый носик от чайника. Ваня вытащил гофрированное картонное ухо.

            Мощи, значит... Вот те и миллиарды, Манюшка...

            Вань! тревожилась подруга Или по кладбищам шаришь?

            Да-а, святыня. Он вынул череп и бессмысленно вертел в руках. И в затылке увидел аккуратную дырочку.

            Это как же?.. То есть, конечно, стреляли... Только вроде бы не сюда...

            Ваня расстроился. Зуб разболелся сильнее.

            Налей, Манюш, стопку. Что же это.

            Чмотанов выпил и сидел долго, задумчиво хлопая челестью черепа на пружинках.

            Тёмное дело, история, Маня. Что там, зачем - не понятно нам.

            В дверь постучали. Ваня скрыл череп одеялом, глянул в окно. У крыльца топтался Аркаша, дружок верный.

            Открой, Мань.

            Друзья обнялись и выпили. Горчило во рту, не столько во рту - на сердце.

            «Опять по карманам», с досадой думал Ваня. Но прислушался к рассказу Аркаши.

            Да мы, Вань, через чердак пойдём. Я смотрел, доска одна ходит, вынуть и вниз. Ты не думай, дело верное. И на Кавказ. А попозже Маньку выпишем.

            Это мы обдумаем, Аркаша. Налей-ка, Мань. И крякнул. Ох! Зуб дёрнуло!

            Дай-ка платком перевяжу, засуетилась Маня. Спиртом пополощи, уймётся...

            Друзья пошли осматривать местностсь - работать или нет в сберкассе.

            Ванюшка! окликнула Маня вслед. А ... с костью что делать-то?

            А! Махнул рукой Чмотанов. На печку сунь.

 

                                   *  *  *

 

            Не смотря на будний день, улицы Голоколамска на глазах закипали возбуждённой толпой. Милиция жалась к отделению, неуверенно прикрикивая издали:

            Шли б работать, чего языками трепать!

            И тут встал он и говорит: хватит народ притеснять! Одних буржуев, говорит, скинули, теперь вы, говорит, на шею сели.

            Точно, точно. Чтоб, говорит, всех министров к завтрему в слесаря отдать.

            Так что ж, воскрес, значит. А в Бога то не верил!

            Дурак! Он-то, афей, десяти праведников стоит! сказал лучший плотник города.

            Ну, Томка, а дальше что?

            Ну, тут всё начальство и убежало. Главные, говорят, в Америку на танке уехали.

            Через море-то? скептически сказал лектор по распостранению знаний Босяков.

            У них всё есть, не беспокойся. А потом говорит: всем по 200 рублей оклад, мануфактуры по десять метров, квартиры всем выправить. Чтоб, говорит, населению никакого гнёту. И пусть, говорит, неп будет полный.

            А ещё проводник говорил, будто насчёт водки распорядился.

            В первую очередь. Чтоб, говорит, снова старые деньги были и чтоб поллитровка пять рублей стоила. Полтинник на новые.

            Чудесное дело!

            А военные тут и задумали: танки на него выкатили. А он идёт и улыбается. Махнул рукой раз - половины танков и нету, махнул другой - глядь, а один генерал уже с другим бьётся. Во как!

            А он?

            Распорядился он и пошёл по Рассее смотреть, как народ живёт. В скором времени вернусь, говорит, вплотную делами займусь.

            Всё это сплетни и враждебные слухи разъяснял лектор Босяков.   Как это может воскреснуть мумия?

            Это кто мумя!? всполошились бабы Это для тебя мумя! Отъел брюхо-то, народ дурачишь. А в магазин пойдёшь - мыло да консервы. Сам-то за польтом в Москву ездишь, а нам некогда, работаем! Ишь расфуфырился! Ужо объявится у нас, то-то тебе работу подыщет!

            Иди-ка, парень, сказал лектору мужик в телогрейке. За такие слова зубы ломают.

            А я что? смутился распостранитель, поправляя кашне и пыжиковую шапку. Только по всем законам физики такого быть не может.

            А по какой физике в магазине колбасы нету? насел мужик «Всё знаю, знаю», передразнил он Чего же ты не знаешь?

Подошедшие толпились вокруг лектора, потихоньку потыкивая его кулаками под рёбра.

            Милиция! истошно заорал распостранитель знаний. Убивают!

            Тут всё и началось.

            Навстречу трём испуганным милиционерам бросилась людская стоножка. Смертельно побледнели блюстители и побежали к огородам.

Tags: Чтиво
Subscribe

  • Смута Новейшего Времени 7

    В банкетном зале Дворца собралась масса гостей. Правительство, члены комиссии, семеро кандидатов, представители общественности. Множество было…

  • Смута Новейшего Времени 6

    — Доброе утро, ребята! — радостно закричало радио. — Пи-а-нерская зорька! Запели фанфары. Проснувшись, Ваня глядел в потолок и…

  • Смута Новейшего Времени 5

    Два агента, сброшенные на пригородном болоте ночью, проснулись и позавтракали калорийным пайком, свернули надувные матрацы и двинулись к городу.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments